Имеющий уши да услышит

Человеку даны 5 органов чувств, и утрата или ослабление 1 из них неминуемо ведет к снижению качества жизни

Имеющий уши да услышит

Человеку даны пять органов чувств. Утрата или ослабление одного из них неминуемо ведёт к снижению качества жизни. ослабление слуха лишает возможности наслаждаться музыкой и шелестом листопада, общением с друзьями и внуками, делает уязвимым в момент опасности. Использование слуховых аппаратов способно помочь до 90% людей.

Ухудшение слуха с возрастом — естественно?

Антон Эдуардов, член Российского общества аудиологов, генеральный директор сурдологического центра «Ваш слух»: Старческая тугоухость, когда естественным образом, в результате воздействия окружающей среды хуже работают высокие частоты, проявляется практически у всех людей, при отсутствии травм — это происходит постепенно, медленно, и это нормально. Однако, если в детстве человек болел отитом, если 5–6 раз перенёс на ногах грипп, если его лечили ототоксичными антибиотиками (до 1970-х годов они были во всех аптечках) — изменения происходят скачкообразно. У большинства пожилых пациентов снижение слуха происходит следующим образом: ощущение громкости остаётся в пределах нормы, поэтому они всё слышат, а разборчивость речи — высокие частоты — становится существенно ниже нормы.

Слуховые аппараты должны учитывать эту разницу: иметь, как минимум, две частоты, которые усиливаются отдельно. Каков принцип работы слуховых аппаратов?

А. Э.: Самый простой и замечательный. Наше ухо рассчитано на давление воздуха, начиная от 20 Паскалей — это на аудиометрии показывается как ноль децибел. Слуховой аппарат обеспечивает дополнительное давление, для того чтобы недостаток транспорта или усилия на улитке покрыть дополнительным звуковым давлением. Практически это модулированный поток воздуха, который соответствует потоку человеческой речи, только несколько сильнее. Можно сравнить его с мегафоном.

Просто усиливает силу звуковой волны, которая воздействует на барабанную перепонку?

 А. Э.: Всё верно, однако если мы будем модулировать только громкость — усиливать абсолютно всё, это приведёт к тому, что определённые частоты будут вредить человеку. Слуховой аппарат, в отличие от мегафона, имеет внутри программную обработку, которая позволяет усиливать только те частоты, которые человеку нужно усилить, и именно настолько, насколько нужно. Поэтому аудиометрия снимается по многим точкам.

Увеличение громкости, силы воздействия не приводит ли к дальнейшему ухудшению слуха?

 А. Э.: Это спорный вопрос, и у учёных нет однозначного ответа. Хотя в Национальных акустических лабораториях в Австралии (это единственный в мире центр, который проводит подобные исследования) в течение 10 лет сравнивали потерю слуха у людей, которые носили аппараты и нет, и выяснили, что собственно на слух протезирование никакого влияния не оказывает — не улучшает и не ухудшает. При этом человек должен следить за состоянием своего слуха. При кондуктивной или смешанной тугоухости, при дополнительном потоке воздуха косточки начинают работать более активно, происходит эффект, который в медицинской литературе называет эффектом «накачивания мышц»: за счёт более активной работы косточки начинают работать лучше, разрабатываются. Но если человек отказывается от аппарата, очень быстро положение возвращается к исходному.

Если косточки разрабатываются, вероятно, надо как-то регулировать слуховой аппарат?

А. Э.: Обязательно! Когда человек не регулирует в сторону снижения или подстройки, звук становится чрезмерно громким, и пользователь уже от этого начинает глохнуть.

Человек может сам регулировать аппарат или это должен делать специалист?

А. Э.: Должна быть консультация врача. В большинстве современных аппаратов существует функция «Дневник звука», которая показывает, как человек пользуется аппаратом: сколько часов носит, делает ли его громче или тише. Хотя бы раз в год надо проходить диспансеризацию, эта информация должна анализироваться и аппарат настраиваться. Это нормально. К сожалению, большинство пациентов считает, что повесили аппарат и больше никогда ничего делать не надо. Именно поэтому, в первую очередь у нас в России, есть пациенты, которым аппарат реально вредит. Наверно, это идёт ещё с советских аппаратов, которые не регулировались, и не надо было приходить к врачу. Там было лишь колёсико, которое делало звук громче-тише, пациент крутил его, как ему приятней, при этом без какого-либо контроля за состоянием уха. Во время насморка стало хуже слышно — колёсико вывернули на максимум, насморк прошёл, стали слышать лучше, рядом кто-то уронил кастрюлю на кафельный пол — человек получил акустическую травму — стал слышать ещё хуже. Другая ситуация: стало слишком громко — вывернули аппарат в минимум, стимуляция слухового нерва прекратилась, разборчивость речи пропала — постепенно начинается депривация (потеря) слуха. В современных аппаратах это практически невозможно, потому что громкость регулируется от положенного уровня вверх и вниз в определённых пределах, а не от ноля до максимума.

Автоматически или сам?

А. Э.: И так, и так. При изменении звуковой обстановки громкость регулируется автоматически: например, при разговоре аппарат определённым образом повышал громкость, а если в это время захлопнется дверь — аппарат снизит громкость, чтобы не оглушить пользователя. Разговор переходит на шёпот — вновь повышает.

До чего дошёл прогресс! 

А. Э.: Для современных аппаратов это нормальная технология. Все аппараты, которые сегодня выпускаются, — от самых дешёвых до самых дорогих — имеют автоматическую регулировку усиления. Проблема в том, что, если человек долгое время носил аппарат без этой системы, привыкнуть к новому можно единственным способом: старый аппарат выкинуть и использовать новый. Так же, как со старой разношенной обувью. Поначалу непривычный, неразработанный аппарат, жёсткий звук, жёсткая мембрана — через месяц он выйдет на рабочий режим, подстраиваясь под ухо пациента. Если не носить — не будет и адаптации.

Вы говорите, что все аппараты — и дешёвые и дорогие — имеют функцию автоматической подстройки. А чем тогда они отличаются?

А. Э.: Слуховой аппарат — субъективно настраиваемое устройство. Важно определиться: для чего он нужен? Автоматическая система регулировки громкости есть везде, но она регулирует только общий громкостный эффект, но не выделение речи, не систему направленных микрофонов и качество звука. Назначение самых простых, базовых моделей — общение в пределах помещения, максимум с двумя–тремя собеседниками. Эти аппараты просто настраиваются, имеют автоматическую регулировку громкости, колёсико ручной регулировки и — иногда — систему борьбы со свистом. И этого вполне достаточно для выполнения задачи. Но если человек хочет смотреть телевизор — ему нужен аппарат с двумя программами: для общения и просмотра телевизора.

Но по телевизору мы слышим такую же речь.

А. Э.: Нам так кажется. Мы слышим звук от 100 герц до 22 килогерц, аппарат работает в речевом диапазоне человеческой речи от 300 герц до 8 килогерц, а в телевизоре речь от 300 герц до 4 килогерц. «Хвост» — от 4 до 8 килогерц — заполнен музыкальным и шумовым сопровождением. Если использовать аппарат, который усиливает всю полосу от 300 герц до 8 килогерц, то шум будет мешать разборчивости речи. Поэтому высокие частоты изымаются либо делаются тише.

Какие ещё есть программы?

А. Э.: Есть «чистая речь» и «речь в шуме» (причём есть «белый» и «розовый» шум). Именно здесь кроется разница в цене. Не бывает ситуаций, кроме камерных, когда люди вдвоём разговаривают в кабинете и кроме речи нет других звуков. Во время разговора собеседник может ходить, шелестеть бумагой. Человек с нормальным слухом автоматически будет концентрировать внимание на речи. А слуховой аппарат не знает, что вы хотите услышать, он должен передать все звуки, которые укладываются в речевой диапазон. Поэтому в более совершенных аппаратах существует компьютерная система, которая анализирует звук, насколько положено. А частоты, где только шум, усиливаются минимально, чтобы человек мог на них реагировать.

Если приглушить все остальные звуки, можно не услышать звуки, предупреждающие об опасности, например, подъезжающий автомобиль.

А. Э.: Эти звуки присутствуют в настройке всегда, но ниже, чем речь. Если в канале присутсвует и речь и шум, то усиление будет некое среднее, которое зависит от соотношения речь-шум. Именно функцией выделения речи отличаются остальные слуховые аппараты. Где-то она основана на анализе амплитуды частоты, где-то привязана к направленности микрофона (аппарат усиливает только то, что впереди). Есть аппараты, которые усиливают только «розовый» шум — когда общается много людей. Например, человек говорит: я гуляю с другом — значит ему нужен аппарат с шумоподавлением. Другой говорит: я играю в шашки — можно взять аппарат с меньшим подавлением, но обязательно с направленным режимом. Третий говорит, что участвует в конференциях, — нужен аппарат с «дальнобойной» программой, потому что другие аппараты рассчитаны на круг личного общения, 3–4 метра. Если человек занимается каким-то общественным проектом, где много людей говорят одновременно, нужен аппарат, который умеет выделять чёткий источник речи. То есть: чем сложнее акустическая обстановка, тем сложнее и соотвественно дороже аппарат. При этом в идеальных условиях все аппараты будут работать абсолютно одинаково.

Получается, прежде чем выбирать слуховой аппарат, надо подумать: для чего он нужен?

А. Э.: Да. И наш специалист будет расспрашивать: куда ходите, с кем общаетесь? Крайне желательно, чтобы человек приходил с родственником — всё для того, чтобы понять: для чего нужен аппарат? Иногда выясняется, что лучше купить два дешёвых, простых, чем один очень дорогой. У нас есть пациент, который любит собирать грибы — ему нужен влагозащищённый аппарат, при этом он профессор и читает студентам лекции. Аппарат с такими функциями стоит больше 100 тысяч рублей. Тогда мы предложили ему современный миниатюрный, очень чувствительный к дальним звукам аппарат для работы, стоил он около 35 тысяч, и аппарат для леса, чтобы он слышал, когда его кто-то окликает, —влагозащищённый, большой — за 5 тысяч.

А если у человека проблема только с одним ухом? Надо ли ему носить слуховой аппарат?

А. Э.: Зависит от того, надо ли ему слышать этим ухом. Медицинских показаний к слухопротезированию не существует. Теоретически, то, что человек не слышит, никак не влияет на его организм и здоровье. Любое отсутствие органа, которе не приводит к нарушению функционирования организма в целом, не является показанием для замещения функции. Без сердца человек жить не может, а без ноги, глаза, уха — может. Это свершившийся факт, который не требует обязательной коррекции с точки зрения медицины. Если у человека сенсоневральная тугоухость, острая кондуктивная тугоухость, гнилостный процесс — мы обязаны бороться и вылечить его. Если у человека здесь и сейчас акустическая травма, мы обязаны ему помочь. Но если человек говорит, что 20 лет не слышит, медицинских показаний к лечению нет: он 20 лет прожил и ещё столько проживёт. Показания только социальные: нужно человеку слышать и быть в социуме, общаться или нет? Есть и такие, кому звук не нужен, они адаптировались и не хотят слышать. Бывают, человека приводят соседи, потому что устали от орущего телевизора. Иногда дети приводят родителей, потому что становится невозможно общаться.

Если человек долгое время не слышал, а теперь решил приобрести аппарат, он ему поможет?

А. Э.: Если есть силы на изменение жизненной позиции, он готов потрудиться — да.

Можно ли помочь абсолютно глухим людям?

А. Э.: Нет. Чтобы он работал, нужно хоть какое-то различение акустического сигнала. Если его нет — усиливать нечего. Эффективно аппарат работает на 2–4 степени (всего их 5) тугоухости. На первой аппарат нужен только молодым людям, у которых есть активный процесс познания, им нужно слышать максимально много. Первую степень 70 процентов москвичей приобретают к 30–40 годам — потому что они пользуются метро (вибрационная составляющая метрополитена 80 децибел при физиологической норме 60–65). Это проблема мирового масштаба: везде, где есть рельсовый глубинный транспорт — труба, рельсы и стыки — есть такая проблема. Кстати, в Европе мы замечали интересный момент: при покупке билета на поезд, можно поставить галочку о наличии слухового аппарата, и перед проездом тоннеля, подойдёт проводник и попросит выключить аппарат. У нас такого, конечно, нет. В России вообще сложно со слуховыми аппаратами в плане законодательства. Если вы летите в самолёте, должны везти с собой ворох бумаг. Наше общество пока не готово понять, что аппараты бывают и маленькие, и большие, незаметные и непохожие на старые. Но мы работаем.

 

Источник: www.50plus.ru